13/14—152
на третьем чтении, 23-го февраля 1860 г., он, с небольшими купюрами, прочел свою комедию «Свои люди сочтемся» и имел огромный успех; хотя содержание пьесы было хорошо известно публике, но таково было мастерство чтения, что все прослушали драму, не только не испытав утомления, но с увлечением. В тех случаях, когда обстоятельства препятствовали Островскому выступать в качестве чтеца на чтениях Фонда, он искренно об этом сожалел. Вот весьма характерное в этом отношении его письмо к председателю Фонда Е. П. Ковалевскому (оно еще не появлялось в печати):
Ваше Превосходительство
Егор Петрович!
Сердечно сожалею, что на обязательное письмо Вашего Превосходительства я в настоящее время не могу дать положительного ответа. Хотя здоровье мое настолько улучшилось, что дает мне возможность говорить и читать довольно продолжительно и громко, но вообще оно так еще непрочно, и переходы от лучшего к худшему так быстры и неожиданны, что никак нельзя поручиться за день вперед. Я не стану уверять Ваше Превосходительство, до какой степени я сам желаю прочесть в Петербурге моего «Самозванца», до какой степени я рад, что всегдашняя готовность моя служить интересам «Общества для пособия нуждающимся литераторам и ученым»• находит теперь удобный случай проявиться на самом деле; но я боюсь, что внезапные припадки или волнения могут мне помешать в исполнении моего намерения.
Я могу быть в Петербурге на третьей неделе поста, с начала зимы и до сих пор я питаю эту приятную надежду и если в продолжение двух первых недель я буду чувствовать себя хорошо, то приеду непременно; если же что-нибудь случится, то я уведомлю Ваше Превосходительство заранее и тогда попрошу Алексея Антиповича Потехина заменить меня, в чем он, вероятно, по старой дружбе не откажет.
С чувствами глубочайшего уважения и совершенной преданности
Имею честь быть
Вашего Превосходительства
покорнейшим слугою
А. Островский
Москва, 1-ое марта 1867 г •.